Статья 51. Легендарный генерал Горбатов Александр Васильевич


"Я знаю: никакой моей вины
В том, что другие не пришли с войны.
В том, что они – кто старше, кто моложе –
Остались там, и не о том же речь,
Что я их мог, но не сумел сберечь, –
Речь не о том, но все же, все же, все же..."

А. Твардовский

Генерал Горбатов А.В.

Горбатов Александр Васильевич родился 21 марта 1891 г. в бедной крестьянской семье, в деревне Похотино Палехского района Ивановской области, недалеко от известного иконописным промыслом Палеха. Окончил 3 класса начальной сельской школы, с 12-ти лет Саша начал работать, надо было помогать семье. В семье, кроме него, было еще четыре брата и четыре сестры.

В 1912 г. Александра Горбатова призвали в царскую армию и зачислили в Черниговский гусарский полк. Он участвовал в Первой мировой войне, воевал храбро, получил чин унтер-офицера, два Георгия и две медали. В августе 1919 г. вступил в Красную Армию. Александр Горбатов в Гражданскую войну воевал против Деникина, поляков, петлюровцев. За боевые действия на Польском фронте А. Горбатов награждён орденом Красного Знамени. Командовал взводом, эскадроном, полком и отдельной кавалерийской бригадой. Во время рискованной вылазки в тыл поляков, Александр Васильевич был ранен, остался жив после того, как пуля, пробив щеку под глазом, вышла за ухом.

После Гражданской войны Горбатов семь лет командовал полком, пять с половиной – бригадой, еще столько же – дивизией. В октябре 1938 г. был арестован и необоснованно осуждён на пятнадцать лет заключения в тюрьме и лагере плюс пять лет поражения в правах... В 1941 г. дело Горбатова было пересмотрено, в марте он был освобождён и реабилитирован.

Великую Отечественную войну Александр Васильевич встретил заместителем командира 25-го стрелкового корпуса на Юго-Западном фронте. Деморализованные, плохо обученные войска 25-го корпуса попали в окружение под Витебском, офицеры штаба корпуса были захвачены в плен. Горбатов был ранен немецким автоматчиком в ногу и отправлен в госпиталь. Пуля пробила ногу навылет ниже колена, не повредив кость, через две недели он уже выписался из госпиталя.

С октября 1941 г. по июнь 1942 г. – командовал 226-й стрелковой дивизией, участвовавшей в боевых действиях на Украине. Дивизия отступила к Харькову. Горбатов по собственной инициативе организовал несколько внезапных ударов по немцам. Сам возглавил эти рискованные вылазки, хорошо понимая, что в случае плена обратной дороги ему, недавно возвращенному с Колымы, не будет. В декабре 1941 г. Горбатова А.В. наградили орденом Красного Знамени и присвоили звание генерал-майора. Здесь же, под Харьковом, Горбатов, стремившийся любым путем избежать лобовых атак, обескровливающих полки, вступил в резкий конфликт с новым командармом Москаленко К.С., который перед командующим фронта маршалом Тимошенко охарактеризовал действия строптивого комдива как "преступные". Горбатов считал, что и высоких чинов генерал не может верно оценить обстановку, не видя своих солдат, не побывав на самом краю. Кроме того, общение с подчиненными генерал Москаленко строил на сочетании оскорблений и истерики. Александр Васильевич не сдался, он не позволил себя оскорблять ни Москоленко, ни кому другому. В своих оценках, всегда был смел и принципиален. Сталин как-то сказал о нём: "Горбатова только могила исправит".

В июне–октябре 1942 г. Александр Васильевич – инспектор кавалерии Юго-Западного, затем Сталинградского фронтов. Почему ему не давали серьезной ответственной работы, Горбатов понять не мог. В октябре 1942 г. Горбатова назначили заместителем командующего 24-й армии. В апреле 1943 года генерал-майору Горбатову А.В. было присвоено воинское звание генерал-лейтенант. С апреля по июнь 1943 г. он командовал 20-м гвардейским стрелковым корпусом.

Но имя Горбатова стало известно всей стране в 1943 г. после битвы на Курской дуге. В июне 1943 г. генерал Горбатов был назначен командующим 3-й армией, с которой он воевал до конца войны. Он был счастлив: наконец-то настоящая полководческая должность! Александр Васильевич изучил план наступления на Орёл, объехал весь передний край своей армии, побывал на плацдарме, с которого предполагалось наступать, и все задуманное ему не понравилось. Особенно плацдарм: опасен, наступать с него нельзя ни в коем случае – у немцев выгодное расположение, а уж они своего не упустят. Не побоявшись, что в очередной раз скажут: "Опять Горбатов умничает", высказал свое особое мнение представителю Ставки Жукову Г.К., приехавшему проверять готовность Брянского фронта к наступлению. Выслушав Горбатова, Жуков удивился и сначала рассердился. Все готово и расписано, до наступления считанные дни, а тут является Горбатов и предлагает многое изменить. Горбатов предложил отвести 3-й армии самостоятельный участок прорыва с форсированием реки Зуши. И всё-таки Георгий Константинович согласился и приказал 63-й армии передать одну из трех артиллерийских дивизий прорыва Горбатову.

В июле 1943 г. в Орловской наступательной операции Горбатов А.В. тщательно спланировал и организовал боевые действия армии по прорыву сильно укрепленной обороны противника на реке Зуша и последующее наступление. В результате 5 августа войска армии во взаимодействии с 63-й армией освободили город Орёл. В наступательной операции осенью 1943 г. и зимой 1944 г. 3-я армия под командованием Горбатова А.В. успешно форсировала крупные водные преграды: реки Сож, Днепр и другие. Успешно участвовала в Белорусской операции 1944 г.

В июне 1944 г. Горбатову А.В. было присвоено звание генерал-полковник. Гвардии генерал-полковник Горбатов за операцию «Багратион» был удостоен награждения орденом Суворова I степени. В этой операции 3-я армия захватила 27 900 пленных, составивших значительную часть снятой кинохроникой колонны, которую провели вскоре по центру Москвы. В мемуарах «Воспоминания и размышления» Жуков Г.К. высоко оценил Горбатова: "И можно сказать, он вполне мог бы успешно справиться и с командованием фронтом, но за его прямоту, за резкость суждений он не нравился высшему руководству. Особенно против него был настроен Берия, который абсолютно незаслуженно продержал его в тюрьме несколько лет".

В январе–феврале 1945 г. армия Горбатова А.В. умело действовала при прорыве долговременной обороны противника и отражении его контрударов в ходе Восточно-Прусской операции. В начале февраля 1945 г. 3-я армия была передана в 3-й Белорусский фронт. Им командовал генерал армии Черняховский И.Д. Горбатову. А.В. нравилось, что комфронтом, внимательно следя за планами и действиями подчиненных, не стеснял их самостоятельности. 3-я армия взяла Мёльзак, 17 февраля 1945 г. Черняховский по телефону поздравил Горбатова с успехом, ознакомился с обстановкой и назначил встречу на одной из развилок шоссе за Мёльзаком. Александр Васильевич, не доехав до назначенного места, увидел что "виллис" командующего въехал на развилку, и тут же возле него разорвался снаряд... И на этот раз судьба хранила Горбатова.

3-я армия под командованием Горбатова А.В. совершила манёвр из Восточной Пруссии и в составе 1-го Белорусского фронта участвовала в Берлинской операции. 10 апреля 1945 г. Горбатову А.В. было присвоено звание Героя Советского Союза. В поверженном Берлине генерал Горбатов присутствует при подписании капитуляции нацистской Германии. После гибели 16 июня 1945 г. генерал-полковника Берзарина Н.Э., первого коменданта Берлина, Горбатов назначается командующим 5-й ударной армией и комендантом немецкой столицы.

Что же за человек был Александр Васильевич Горбатов? В августе 1937 г. был арестован командир корпуса Григорьев П.П., герой гражданской войны, потомственный рабочий... На митинге в дивизии, которой командовал Горбатов, начальник политотдела корпуса объявил, что комкор "оказался врагом народа". Александр Васильевич выступил в защиту комкора Григорьева, за что и поплатился. Через месяц приказом командующего округом Горбатов был освобожден от командования дивизией, а вскоре и исключен из партии «за связь с врагами народа», а в октябре 1938 г. оказался в тюрьме на Лубянке. После отказа давать показания о своих "преступлениях", Горбатова отправили в Лефортовскую тюрьму.

Но и здесь Горбатов отказался давать показания: "Лучше умру, – сказал я, – чем оклевещу себя, а тем более других". "Допросов с пристрастием было пять с промежутком двое-трое суток; иногда я возвращался в камеру на носилках. Затем дней двадцать мне давали отдышаться", – писал Горбатов в воспоминаниях. («Годы и войны»). Схема воздействия повторилась ещё два раза. "Подпишешь, подпишешь!" – кричал следователь, но Горбатов не сдавался, обессилевшего и окровавленного его уносили в камеру. Суд, ничего не признавшего Горбатова, приговорил к пятнадцати годам заключения в тюрьме и лагере плюс пять лет поражения в правах. "Я знал, что было немало людей, отказавшихся подписать лживые показания, как отказался я. Но немногие из них смогли пережить избиения и пытки – почти все они умерли в тюрьме или тюремном лазарете. От этой участи меня избавило крепкое здоровье. Очевидно, суровые условия моего детства и юности, а потом долгий боевой опыт закалили нервы: они устояли против зверских усилий их сломить. Люди, психически (но не морально) сломленные пытками, в большинстве своем были людьми достойными, заслуживающими уважения, но их нервная организация была хрупкой, их тело и воля не были закалены жизнью, и они сдались. Нельзя их в этом винить... "

Но даже такое крепкое здоровье, как у Александра Васильевича, было подорвано тяжёлой работой в лагере на золотом прииске Мальдяк на Колыме. "…Начали пухнуть ноги, расшатались зубы. Ноги у меня стали как бревна. Я думал, мой организм железный, но вот начал сдавать. Если сляжешь, как больной, тогда беда; исход один..." Сильная воля и большое личное мужество помогли Горбатову выдержать и это испытание. "Работа на прииске была довольно изнурительная, особенно если учесть малокалорийное питание. На более тяжелую работу посылали, как правило, «врагов народа», на более легкую – «уркаганов». Лежа на нарах, мы, прибывшие из Мальдяка, вспоминали своего бригадира, имевшего шесть судимостей, из которых четыре за убийства".

Летом 1940 г. на Колыму поступило сообщение о том, что Постановлением Пленума Верховного суда СССР от 4 апреля 1940 г. приговор в отношении Горбатова А.В. отменен и дело направлено на доследование. "Большую роль в этом решении имело выступление в мою защиту С.М. Буденного на пленуме Верховного суда. Он сказал, что знает меня как честного командира и коммуниста. Об этом я узнал позднее от одного из военных прокуроров, который тоже был на этом пленуме… Я верил, что мне поможет то, что я не клеветал ни на себя, ни на других", – вспоминал Александр Васильевич.

1 марта 1941 г. он вновь оказался на Лубянке, а уже 4 марта следствие было закончено, утверждено постановление о прекращении уголовного дела по обвинению Горбатова А.В., за отсутствием в его действиях состава преступления. Александра Васильевича восстановили в его воинском звании – комбриг.
Впереди была Великая Отечественная война…

В мемуарах «Солдатский долг» маршал Рокоссовский К.К. так вспоминал о Горбатове: "Александр Васильевич Горбатов – человек интересный. Смелый, вдумчивый военачальник, страстный последователь Суворова, он выше всего в боевых действиях ставил внезапность, стремительность, броски на большие расстояния с выходом во фланг и тыл противнику. Горбатов и в быту вел себя по-суворовски – отказывался от всяких удобств, питался из солдатского котла. Суворовские принципы помогали ему воевать. Но подчас А.В. Горбатов понимал их чересчур прямолинейно, без учета изменившихся условий".

Убеждению о необходимости тесного контакта между командиром и простыми бойцами Александр Васильевич будет следовать всю свою жизнь. Во время Великой Отечественной красноармейцы будут называть командующего 3-й армией генерал-полковника Горбатова – Батей. Такое надо заслужить. Горбатов, впрямую не навязывая свое мнение, старался внушить молодым командирам: "На поле боя очень важно всегда улавливать, что можно, а что нельзя... И, главное, помнить: у вас в подчинении люди. Их надо учить и их надо беречь... Хорошие они или скверные, веселые или мрачные, молодые или старые, они такие же защитники родины, как и вы". Каждая операция, проведенная армией Горбатова, оказывалась ошеломляющей для врага.

Александр Васильевич хорошо изучил сильные и слабые стороны немцев, боявшихся окружения, обхода и охвата флангов. Горбатов А.В. широко применял в боевых действиях внезапность, стремительность, броски на большие расстояния с выходом во фланг и в тыл противника, оттачивая блистательный полководческий почерк. Любил Горбатов и обмануть врага установкой макетов орудий, ложными перемещениями, шумом танковых моторов и прочими тщательно продуманными средствами дезинформации. Перед прорывом к Днепру немцы в течение десяти – двенадцати суток тратили огромное количество снарядов, нервозно обстреливая ложные цели.

"Уменье воевать, – считал Александр Васильевич, – не в том, чтоб как можно больше убить противника, а насколько возможно больше взять в плен. Тогда и свои будут целы". Он гордился, что его 3-я армия к концу войны взяла 106 тысяч пленных, а соседние армии не более 50 тысяч. "Вот и рассудите, сколько же ненужных потерь мы несли оттого, что некоторые генералы не умели воевать". Например, он был против штурма Берлина. Окружить – сами бы сдались. Уложить в самые последние дни несметное число советских солдат, прошедших всю войну, конечно, неправильно. Войска, под командованием генерала Горбатова А.В., как правило, ранее намеченных сроков выходили на новые рубежи, действовали так, что немцы оказывались в мышеловке и вынуждены были оставлять важные в оперативном отношении пункты еще до подхода наших главных сил. Так было, например, с Гомелем, а затем и с Бобруйском.

Почти сорок лет Александр Васильевич свято соблюдал мальчишескую клятву, данную в 1907 г. – воздерживаться от водки и табака, которую не могли его заставить нарушить ни насмешки товарищей, ни "приказы" начальства. Неслыханное проявление силы воли – он и в этом был не такой, как все. Герой Советского Союза генерал-полковник Горбатов нарушил клятву один раз. "Действительно, в День Победы, в день горьких слез и радостного торжества, я выпил три рюмки красного вина под аплодисменты и радостные возгласы моих боевых товарищей и их жен". Но курение и ругань так и остались под запретом.

Несмотря на все испытания трагической судьбы, Горбатов не держал обиды на Родину, остался настоящим советским генералом – из тех наших военачальников, которые ничего не жалели для Победы, для Отечества. Да, репрессии в Красной Армии коснулись ни в чем неповинных командиров. Но, оказавшись на фронте, перед лицом врага, они сумели подавить в себе личные обиды. Они думали, прежде всего, о судьбе Родины, о том, что будет с их семьями, если фашистам удастся поработить наше Отечество. Осознав все это, советские воины дрались с врагом не на жизнь, а на смерть.



загрузка...

возврат назад Обновить страницу


события         архив         воспоминания         творческие работы         тесты по ЕГЭ         блог